Литературная ролевая игра Лилии и дрозды - последние годы правления Генриха III Валуа
 
ФорумФорум  ПоискПоиск  РегистрацияРегистрация  ВходВход  



Господа,
данный форум на сегодняшний день находится в "спящем" режиме.
Желающих принять участие в литературной ролевой игре
приглашаем на ресурс Game of Thrones.
С уважением, Gall.




Поделиться | 
 

 3 мая 1578 года, сады Лувра. "Каков супруг, во многом зависит от супруги."

Предыдущая тема Следующая тема Перейти вниз 
На страницу : Предыдущий  1, 2
АвторСообщение
Александр Эдуард Валуа
joueur
avatar


СообщениеТема: 3 мая 1578 года, сады Лувра. "Каков супруг, во многом зависит от супруги."   Пн 20 Дек - 3:15:20

Первое сообщение в теме :

Генрих Валуа, Луиза де Водемон.

____________________________________________
Mendaci homini verum quidem dicenti credere non solemus
Вернуться к началу Перейти вниз

АвторСообщение
Александр Эдуард Валуа
joueur



СообщениеТема: Re: 3 мая 1578 года, сады Лувра. "Каков супруг, во многом зависит от супруги."   Сб 5 Фев - 3:37:25

Генрих слушал Луизу и - как бы странно это ни звучало - никак не мог понять, чего хочет от него женщина, которую он совсем сегодня не узнавал? Нет, это не его Луиза - это кто то другой. Эта сильнее и с какими то своими мыслями, своими планами, понятиями. Чего она хочет от него? Валуа поднял на жену взгляд, в котором явно читалось - "не понимаю!". При всем желании Александр не мог постичь, что такого случилось, что жена вдруг так резко переменила манеру поведения. Раньше этой вечно молчаливой женщине было безразлично, как он себя ведет и как проводит время - по крайней мере так казалось Валуа; он видел то, что ему показывали, и это не вызывало у него желания понять и углубиться в человека, который находится рядом с ним. Казалось, что там совершенно нечего узнавать и ничего интересного увидеть тоже нельзя.
Генрих слушал жену, и на каждую сказанную ею фразу ему захотелось задать ответный вопрос.
Почему нет другого выхода? Почему она хочет жить дальше без него? Почему ей нужна ненависть? Шок от осознанной только что выходки с письмом добавил масла в огонь - король не знал, на что ему переключиться и о чем думать в первую очередь. Он пытался думать и о том, и о другом - и в результате не улавливал вообще ничего. Хотелось тряхнуть головой и сбросить с себя все это, освободиться.
Валуа больше не видел боли в выражении лица жены и не расслышал ничего подобного в голосе, он не видел слабости. Теперь перед ним во весь рост возвышалась стальная уверенность жены в том, что им следует разойтись. Да, разойтись - именно так понял Генрих её желание; разойтись, но не разводиться. Может ей самой нужна свобода?
Король чуть нахмурился - на Луизу он уже не смотрел. "Я возьму всю боль себе" - мысленно передразнил он жену, ощущая прибавляющуюся к смятению злость. Да что она думает, он каменный? Можно вот так просто взять и "забрать" себе чужую боль? Что она этим хотела сказать? Еще раз показать во всей красе свою чистую жертвенность? Заставить его терзаться мыслью, что он не достоин быть мужем такой женщины? Что он не ценит величайший дар Господа в ее лице?
Валуа не нуждался в жертвах с её стороны и с языка так и грозилась сорваться резкая, беспощадная фраза.
- Ничего - резко отозвался он, когда до него долетел последний вопрос Луизы. Вот уж еще чего - хочет, чтобы он вновь почувствовал себя бесконечно виноватым ? Не дождется. Валуа уже хотелось, чтобы она ушла и в конце всех этих бессмысленных предложений была поставлена точка. Он не понял ровным счетом ничего. Не понял, чего хочет от него жена. Не понял, что заставило её измениться так резко и почему вдруг её перестало устраивать то, что устраивало раньше. Она говорила так, как будто он принял уже решение о разводе. Как будто у него уже есть другая женщина. Это не только поставило Генриха в тупик, но даже и обидело его, хотя он прекрасно понимал, что будь он на месте Луизы - он наверняка поступил бы так же, хотя кто знает? Луиза - не он. И нельзя судить всех по себе. Генрих не понимал сам себя. То ему хотелось сказать жене - "Не нужно так скоропостижно принимать решения, давайте оставим как есть", то наоборот - хотелось разорвать тонкую нить, еще связывающую их.... Что было делать? Он не знал.
- Я не желаю больше ничего слушать. Вы приняли решение - я не намерен перечить. - глухо ответствовал Валуа, чувствуя сейчас огромную потребность в обществе человека, которому и правда можно сказать все. С которым и правда можно поделиться всем что накопилось.
Вернуться к началу Перейти вниз
Луиза де Водемон
joueur
avatar


СообщениеТема: Re: 3 мая 1578 года, сады Лувра. "Каков супруг, во многом зависит от супруги."   Сб 5 Фев - 6:49:46

Слушая его Луиза вдруг поняла, что муж не слышал ее. Ни слова из того что она сказала. Он видел только то, что хотел. Только вот знал ли что он именно хотел. Она сейчас увидела того самого Генриха, за которого выходила замуж. Растерянного, нежного, милого Генриха. Вот и он, достала, только каким путем…
Казалось все внутри оборвалось в какой-то момент и все ее слова большая ошибка. Он не понял, он не хочет понимать. Неужели это значит, что он хочет остаться с ней? Но снова ждать, когда он наиграется и вернется это не выход сейчас. Он не вернется, он не наиграется. Она все сделала не так, тогда и сейчас. На какой-то миг королева поняла, что ее Анри не видел боль, которую она сейчас выпустила, не хотел ее видеть, да и хорошо может, и в то же время плохо. Казалось, сердце вдруг перестало биться, от того что происходило внутри нее. Вздох, второй…и все ни пульса ни дыхание. Она хотела этого, но обморок как ни странно не приходил и она была в ясном сознании, понимая что король рвет отношения совсем, с ее глупой подачки.
Все, какой бы сильно она не была, она не выдержала его слов. По щекам побежали слезы. Луиза привыкла, что может быть слабой и не защищенной с ним, а сейчас..сейчас. Сделав несколько шагов, ровно два, Ее Величество упала на колени перед королем плача, она опустила голову ему на колени, прячась, ищя зашиты от него же самого. Она не могла, просто не могла больше быть спокойной. Никто бы не смог. Сердце, казалось, разорвется сейчас, и остановиться на всегда.
-Генрих…Анри…услышьте же меня. Я не хочу никому вас отдавать! Я хочу быть вашей всегда!- светлые волосы закрыли ее лицо упав прядями ему на колени. – убейте меня сразу, только не отталкивайте. Откажите мне, я прошу вас,…пожалуйста. Пожалуйста, любовь моя, сжальтесь, убейте меня сразу, не заставляйте смотреть на то, что вы все дальше.
Это конечно было неправильно, не так. Но ей очень хотелось почувствовать его руку на своей голове. Которая проведет по волосам и тихий голос, который говорит что все в порядке. Правда, это наверное будет чудо, если так произойдет, скорее всего Луизе придется уползать как побитой собаке к себе в комнату и сюда больше никогда не возвращаться. Но сейчас она не могла не надеться на такое чудо…ласковая рука, нежный спокойный голос…
Вернуться к началу Перейти вниз
Александр Эдуард Валуа
joueur
avatar


СообщениеТема: Re: 3 мая 1578 года, сады Лувра. "Каков супруг, во многом зависит от супруги."   Сб 5 Фев - 7:48:17

И Генрих тоже не смог остаться спокойным. Одно дело, когда тебе что то говорят, находясь хотя бы на расстоянии нескольких шагов, и совсем другое - когда стоя перед тобой, уронив тебе на колени голову, плачет женщина, которую ты когда то возможно любил. А даже если и не любил никогда - все равно! Как можно оттолкнуть от себя женщину, которая если и не была любимой, оставалась сестрой, дочерью, подданной? Ну почему она не ушла? Почему все не может быть проще?
Глубокий вдох - и Генрих почувствовал, как глаза ему застилает жгучая пелена. Слезы Луизы словно прожигали его насквозь - он чувствовал их тепло, которое не могла задержать, не пропустив, ткань его бридж. Подняв на мгновение взгляд к потолку, словно к небу, словно вопрошая создателя - Господи, почему? - Генрих сомкнул влажные ресницы, и его узкая ладонь легла на светлую макушку Луизы. Слова просто не шли. Их просто невозможно был протолкнуть наружу через сжавшееся горло - не сглотнуть, не вздохнуть, не выдохнуть. Валуа понимал, что если он сейчас предложит Луизе оставить как есть - будет хуже; ведь не было той любви в его сердце, а он мужчина - он будет искать женщину. Он не станет утешаться количеством - ему нужна одна, единственная и тем страшнее это было для Луизы. Он не из тех кто утешается кратковременным обществом не обремененных умом красавиц. Нет. Перед глазами вспыхнула, словно яркий мираж, Анриетта де Невер. Звон упавшей на пол серебряной ветви... Валуа помнил, что за эмоции он испытывал вчера на балу - пусть он еще не успел полюбить, но это было сродни дуновению свежего ветра для него; пусть даже они никогда больше не увидятся - все равно он будет помнить этот танец, это лицо. И от этого никуда не деться. Никуда не деться от того, что это кратковременное воспоминание затмевает образ его несчастной жены. Он помнил свои эмоции - и он понял, что это значит. Это конец. Глупо было это отрицать.
- Тихо, тихо - голос Валуа дрогнул сначала раз, потом второй - Тихо - молвил он. Страдальчески - болезненное выражение исказило тонкие, такие правильные черты его лица, и неизгладимая грусть - светлая грусть- казалось, теперь навсегда поселится во взгляде.
Король провел рукой по волосам женщины, коснулся её плеч и поднял жену с пола, усадив её к себе на колени, так легко, как будто она ровно ничего не весила.
- Прости меня, я не могу дать тебе то что ты хочешь - тихо, ласково говорил он, прижимая к себе плачущую женщину - Я не могу обещать тебе того, чего нет. Но я могу обещать, что для меня ты останешься доброй сестрой. Только в этом я уверен. Не заставляй меня лгать тебе. Мне тяжело видеть твои слезы - я мог бы солгать, чтобы облегчить на какое то время наше положение. Но это не поможет.
Генрих совсем забыл, что какие то две минуты назад он подозревал жену в намерении выставить его виноватым и еще более усугубить и без того не радужное настроение. Сейчас он думал, как он отпустит Луизу в её покои, когда она в таком состоянии? Страшно было даже представить - каково это, вот так стоять у колен любимого, умоляя его не оставлять; вот так плакать, так уговаривать, так просить. Не было причин лгать Луизе, но и быть бессмысленно жестоким тоже нельзя.
- Хочешь, оставайся на ночь у меня - тихо предложил он, не зная, чем ему еще помочь Луизе.О физической близости Валуа сейчас даже и не помышлял, а посему в его предложении Луизе остаться не было никакого эротического подтекста. Просто он понимал, что кроме как к нему, ей не к кому больше пойти. Ведь никто даже не сможет поговорить с ней; она не сможет никому высказать все то, что мучает её. Бедная, бедная Луиза. Генриху было так жалко, так жалко эту маленькую хрупкую женщину - что и словами невозможно передать. Конечно, появись в его жизни другая, он без колебаний поставил бы её на первое место. Но сейчас, когда другой нет... Зачем быть жестоким? Все что он имел сказать, он сказал. Но гнать от себя, когда в тебе так нуждаются... когда ты можешь помочь ласковым, но правдивым словом, участием... Если он сейчас не сделает этого - потом обязательно будет винить себя за черствость и холодность.

____________________________________________
Mendaci homini verum quidem dicenti credere non solemus
Вернуться к началу Перейти вниз
Луиза де Водемон
joueur
avatar


СообщениеТема: Re: 3 мая 1578 года, сады Лувра. "Каков супруг, во многом зависит от супруги."   Ср 9 Фев - 18:11:31

Насколько это было странно и больно понимать, что это конец. И с другой стороны не понимать, когда это все началось. Когда же Генрих перестал видеть в ней женщину, которая любит его…и почему так произошло? Луиза получила больше чем думала, не только тихий столь любимый голос мужа, и его руку на своей голове. Нет, он взял ее на колени, словно маленького ребенка, и Луиза, словно девочка лет десяти спрятала у него на плече красный от слез нос и глаза. Нет, она не видела никакого подтекста в этом, скорее она сейчас и правда была маленьким ребенком, который требовал утешения.
Даже в его предложении остаться на ночь она не увидела ничего из ряда вон. Луиза сама не представляла себе, как вернется в свои покои, где она совершенно одна, и лишь лики святых наблюдают за ее горем. Так можно сойти с ума, в этом полном одиночестве. Так что она ухватилась за приглашение короля, кивнув.
-Я была бы рада, остаться с тобой, Анри. Спасибо.- тихо прошептала женщина.
Опять она перешла на «ты» что делала только в минуты их близости, когда уже никто не мог побеспокоить их и вмешаться. Это снова наполнило ее сердце болью. Анри…Когда же и как это случилось? Когда она стала ему лишь любимой сестрой? Возможно ребенок мог бы все изменить, но этому не суждено было случиться. Хотя, король мог и не остановить даже наследник. А сейчас… сейчас уже слишком поздно.
О боже, за что ты так жесток? Что же она такого сделала в жизни, что ей выпали такие страдания. Зачем он дал ей эту сказку, любовь короля? Ее жизнь никогда не была легкой. Сначала умерла мать, но никто и никогда не будет так любить ребенка, как родная мать, и Луизе всегда приходилось довольствоваться лишь этой толикой нежности, которую ей дарила мачеха. А после стало и совсем плохо. Ей приходилось прятать свой характер, за маской спокойствия, набожности, глупости и бессилия. Это уже вошло в привычку, прятаться ото всех, это стало маской, которую она носила вечно, не снимая. Но вдруг, из этой трясины появился выход, сказка которую подарил ей Генрих. Да она полюбила его с первого взгляда, и всегда знала, что им не суждено быть вместе, ведь, тогда казалось, он и не заметил ее. Она снова ошиблась, и тогда не верила своему счастью…единственной толики счастья, что она получила в жизни. Но и Генриху была нужна та спокойная, набожная женщина, он так и не полюбил ее никогда. И снова удар судьбы за ударом, выкидыш, не возможность забеременеть и новый страх, страх потерять самое любимое и дорогое в жизни…Он исполнился, она потеряла Генриха. Это был новый удар, снова разрушивший всю ее жизнь и превративший ее маленький кусочек счастья в ложь и иллюзию.
Как ей жить дальше? Боже, почему ты так несправедлив к ней? За что, чем она заслужила такое наказание, такую жизнь. Хотя Луиза сейчас не представляла, как ей жить дальше, ведь смысла больше не было, существовать бездушной оболочкой…ее душа умрет очень скоро. Господь не дал ей и толики люби на этом свете, той любви, в которой купаются так много людей.
Она прикрыла глаза перестав плакать и вдохнула запах Анри, столь знакомый и любимый, только его. Что ж это последняя их ночь вместе, потому, что больше ничего не будет. Не стоит даже просить его о чем то большем, как прощание. Нет. Она сильная, она выдержит все, спрятавшись за своей маской глупости, пусть никто не никогда не узнает, как она страдает, да и кому это интересно, чувства серой мышки в короне королевы. Никому. Тихий вздох. Луиза не открывала глаза, может он решит что она заснула…
Вернуться к началу Перейти вниз
Александр Эдуард Валуа
joueur
avatar


СообщениеТема: Re: 3 мая 1578 года, сады Лувра. "Каков супруг, во многом зависит от супруги."   Ср 9 Фев - 22:28:18

Вот такую Луизу Валуа узнавал. Тихая, заплаканная, покорная, ищущая у него защиты от всего мира. Но он не мог больше защищать её, как раньше - по крайней мере такие мысли текли у короля в голове. И поведение Луизы, её реакции только еще больше подпитывали убеждения Валуа в том, что все кончено. Он видел живое подтверждение этому - и это подтверждение сидело у него на коленях. Ничто даже отдаленно похожее на романтические чувства не овладевало его душой и казалось, с каждой минутой он все более отдаляется от возможности что-то вернуть или же увидеть в королеве женщину.
Генрих явно видел и понимал, что жена раздавлена его словами, и пусть даже она изо всех сил крепилась и храбрилась, ничего не вышло хорошего из её затеи. Быть может, иногда не стоит слушать, что говорит тебе любимый, если ты уверена в том что хочешь и можешь сохранить его своим?
Но всё это были пустые теории. На душе было, как ни странно - светло, хоть и грустно. В жизни должно быть все - сближение, расставание, радость, грусть, боль, пьянящее счастье. И все нужно прочувствовать до дна, выпить до последней капли. Это и есть жизнь. В этом её прелесть. И сейчас Генрих ощущал, что ничего страшного не произошло, просто он пьет очередной бокал за жизнь. До дна.
Луиза тихо дышала, уткнувшись носом в его плечо - и на губах короля появилась улыбка, исполненная какой то поэтически-грустной мечтательности. В такие минуты ему самому становилось странно, что он не поэт, не уличный певец, а король.
Опустив теплый, воистину светящийся грустью взгляд, Генрих с задумчивой улыбкой смотрел на пригревшуюся в его объятиях королеву. Проведя рукой по волосам женщины и как будто удостоверившись в том, что она успокоилась, Валуа поднялся с кресла, не выпуская Луизу из рук. Подошел к широкой постели и осторожно опустив королеву на покрывало, расшитое гербовыми лилиями, лёг рядом. Сон к нему пока не шел. Генрих рассчитывал дождаться, пока жена уснет - а потом отправиться к Шико. Негоже было покидать её, когда она бодрствует.


____________________________________________
Mendaci homini verum quidem dicenti credere non solemus
Вернуться к началу Перейти вниз
герцогиня де Монпансье
joueur
avatar


СообщениеТема: Re: 3 мая 1578 года, сады Лувра. "Каков супруг, во многом зависит от супруги."   Пт 18 Фев - 23:41:12

Спустя некоторое время в особняке герцогини де Монпансье...

Сидя у окна, Катрин наслаждалась весенним легким воздухом, вслушиваясь в звуки вечернего Парижа. Кто-кто, а эта женщина умела радоваться тому, что преподносила ей жизнь. Легко отдаваясь, как чувству ненависти, так и чувствам счастья и любви, душа герцогини де Монпансье сейчас пела от осознания своей свободы, молодости и весеннего опьянения, незамутненная ничем дурным.
За спиной блондинки служанки готовили вечерний наряд госпожи, состоявший из глубоко декольтированного верхнего платья темной алой парчи, нижней юбки – из золотистого атласа, расшитого витиеватыми рисунками с цветами. Одна из девушек готовила все к причесыванию. Катрин только что приняла ванну, после которой ее натерли бальзамом, делающим кожу нежной и запах лесных трав окутывал фигуру молодой женщины, стоявшей у окна. Несмотря на внешнюю задумчивость, на губах её играла шаловливая улыбка, а в глазах светились озорные огоньки. Вскоре мадам де Монпансье должен был посетить галантный граф N и она блаженствовала в предчувствии этой встречи, наполняющей ее сердце чувством легкой опьяняющей влюбленности.
Изящным движением одернув портьеру, Катрин прихрамывая направилась к туалетному столику. Тело молодой женщины прикрывала только полупрозрачная нижняя рубашка, а волосы белокурыми волнами ниспадали на спину ниже поясницы. Мягко опустившись на табурет у зеркала, герцогиня улыбнулась отражению, внимательно всматриваясь в свои черты. Каждый раз она придирчиво осматривала себя в поисках признаков старения и если что находила, тут же подвергала нещадному уходу, стараясь устранить последствия возраста.
Когда кудрявый мальчик слуга внес письмо в спальню госпожи, ее как раз одевали. Одна из девушек зашнуровывала корсет, в то время как вторая расправляла складки юбок. С улыбкой кивнув пажу, Катрин указала пальцем на туалетный столик, собираясь прочитать письмо во время причесывания. Когда с одеванием было покончено, герцогиня вновь опустилась на табурет, а служанка занялась расчесыванием пушистых локонов. Взяв конверт в руки, Екатерина с удивлением уставилась на печать, даже не замечая, как лицо ее каменеет, теряя враз всю мягкость и нежность, порожденную хорошим настроением.
Бесцеремонно сломав печать, она развернула лист и тут же «споткнулась» о фразу: «…Когда Вы получите это письмо, Вы, прежде всего, взглянете на подпись…». Взгляд Екатерины метнулся к подписи, и белые зубы впились в нижнюю губу, сдерживая порыв ярости. Одному Господу были известны размеры ненависти этой женщины к бывшему любовнику. Прочитав еще несколько строчек, Катрин конвульсивно сжала несчастное письмо в кулаке, комкая бумагу в бесформенный клочок.
«Я не стану слишком отвлекать вас от ваших забот количеством написанных строк, а потому напишу короче, чем мне хотелось бы.
Когда то давно я имел несчастье обидеть и, если хотите, оскорбить Вас. Я помню каждое сказанное слово так словно слова эти звучали вчера
».
- Подлец! Он еще бахвалится этим! – взвыла герцогиня, не замечая, как служанки стайкой испуганных воробьев отпрянули от нее.
«…Я не могу надеяться на то, что вы прочитаете эти слова без усмешки…»
- Усмешки?! Да я в бешенстве!
«- но я хочу исправить хотя бы одну свою ошибку тем, чтобы попросить у вас прощения за доставленные вам неприятности»
- Для этого тебе стоило не появляться на свет! – с горечью кинула Катрин в строки, написанные некогда любимой рукой. Дочитав краткое послание, герцогиня застыла с ним в руке, вперив неподвижный взгляд в свое отражение в зеркало. Мир и покой в душе сменились хаосом, похороненные руины восстали из пепла, прогоняя весну из сердца и порождая непонятные даже для самой хозяйки эмоции. Зачем Генрих III воскресил старую историю? Зачем написал это неуместное письмо?
Резко встав, Катрин опрокинула табурет и, не обращая внимания на служанок, заметалась по кабинету, сильно хромая. Недавняя легкость испарилась без следа вместе с добрым настроением. Ответить на это письмо или нет? Схватив статуэтку со стола, герцогиня с чувством запустила ее в зеркало, усыпав осколками ковер.
- Henri Valois!
Вслед за статуэткой последовали часы, с тяжелым звоном упавшие с камина на пол.
- Henryk Walezy! – крикнула вдогонку часам Екатерина, словно это не они, а голова короля раскололись о каменные плиты.
- Ненавижу, - уже тише прошептала герцогиня, оседая на пол.
После краткого припадка ярости к ней пришла пустота, наполнившая ее мрачной ненавистью.
«… простите и не вспоминайте моего имени с ненавистью...»
- Простить? – усмехнулась недобро, но не без горечи, принцесса, - Никогда. Без ненависти? Никогда. Я буду ненавидеть Вас, Ваше величество, всем сердцем и душой каждую минуту, каждую секунду. Жизнь положу, но сделаю все, дабы Вы отдали трон достойному.
Переведя пустой взгляд на письмо, все еще зажатое в правой руке, Катрин с отвращением откинула его, будто увидела на ладони жабу.
- Мадам, - в проеме двери торчала курчавая голова мальчугана принесшего недавно письмо, он с удивлением и страхом в глазах рассматривал разгромленную комнату, свою госпожу, сидящую на полу и служанок, сбившихся в маленькую группку у кровати, - Мадам, прибыл граф N, он ждет разрешения войти.
- Пусть катится к черту. Вели готовить экипаж, я еду к братьям.
Протянув руку юному слуге, Катрин поднялась с пола. Как и в юности, черты гнева исказили ее личико до неузнаваемости, придав ему демоническое выражение.
- Убрать здесь до моего возвращения.
С этими словами, герцогиня де Монпансье покинула комнату, оставив в недоумении свою прислугу и любовника, и так и не ответив на письмо короля, оставшееся лежать среди осколков на полу…

Эпизод завершен. Спасибо.

____________________________________________
Дамы и господа! Персонаж "герцогиня де Монпансье" свободен и ждет своего игрока. Мы будем рады приветствовать Вас в наших рядах. Все интересующие Вас вопросы Вы можете задать в теме [/color]Гостиница "Путеводная звезда">>> без регистрации на форуме. Или же обратиться к администратору форума Gall [color=white]непосредственно в icq 396298260
Вернуться к началу Перейти вниз
Спонсируемый контент




СообщениеТема: Re: 3 мая 1578 года, сады Лувра. "Каков супруг, во многом зависит от супруги."   

Вернуться к началу Перейти вниз
 
3 мая 1578 года, сады Лувра. "Каков супруг, во многом зависит от супруги."
Предыдущая тема Следующая тема Вернуться к началу 
Страница 2 из 2На страницу : Предыдущий  1, 2

Права доступа к этому форуму:Вы не можете отвечать на сообщения
Литературная ролевая игра Лилии и дрозды :: Возрождение :: Le present... :: Франция: Париж-
Перейти: